С мамой и сестрой вижусь крайне редко. Мы слишком разные. Например, брат покойного папы развёлся. Мне об этом сказали. Как я отреагировала? Никак. Развёлся и развёлся, не умер же.

Мама и сестра, узнав о разводе дяди, полезли к нему и тёте, звонили им, выясняли подробности, давали советы о том, как можно было избежать развода. И так всегда. Они всегда знают, как люди должны поступать, о чём люди должны думать, как людям жить. В мою жизнь они тоже вмешивались, особенно когда я замуж собралась.

— Я бы на твоём месте не пошла за него замуж, — сказали мама и сестра немного отличающимися формулировками.

— Хорошо, что ты не моём месте, — ответила я сначала одной, потом второй.

Вышла замуж, забеременела, родила, мы с мужем жильё купили. Мамы и сестры в нашей жизни минимум. Я даже не хотела им сообщать о беременности, тянула до последнего, незадолго до родов сказала, так как в ином случае, если бы рождение Димки стало для них полным сюрпризом, вони было бы в разы больше.

Забеременела — зря, дура, они бы не стали рожать от моего мужа. Выбрала имя — фу, плохое, сейчас так детей не называют, они бы совсем другое выбрали, классное и звучное. Мальчика родила — плохо, сначала нужно девочку, помощницу, рожать, но тут они не добавили, что они бы сначала девочек родили, а потом мальчиков, так как у мамы две дочери, а у сестры один сын.

Полгода назад муж по работе уехал в другой город по работе. Ему нужно было набрать персонал, обучить, подыскать директора филиала, наладить работу и связи с местными поставщиками. Полгода — крайний срок. Муж уехал, остались мы с сыном вдвоём. С мужем был договор, что приезжать на выходные он будет как можно чаще.

За первые два месяца муж приезжал домой три раза. Мы с Димой даже немножко успели привыкнуть к жизни без нашего папы, изменили подход к закупке продуктов и готовке, я перевела сына из одной спортшколы в другую, так как мне было лень далеко ездить. К концу второго месяца мама и сестра пронюхали, что мой муж в длительной командировке. Сначала они обрадовались, но, узнав что он по работе, а не в другом месте, расстроились и решили, что уехал их зять не работать, а личную жизнь устраивать.

За восемь лет, Диме девятый год пошёл, успела отвыкнуть от инсинуаций родственниц, от неожиданности вырвался мат, указывающий направление, по которому им нужно дружно, можно вприпрыжку, шагать. Послала и замолчала, сама не верила, что будет так вместо обычных: «Какое вам дело? Мы лучше знаем. Почему вас это интересует?» И даже на душе как-то светло и легко стало. Видимо, давно мечтала, но не решалась.

Мама и сестра на другом конце провода, у них фишка такая — вдвоём в одну громкую связь вещать, тоже притихли. Пока они не пришли в себя, я вызов сбросила. Пока тишина от них.

Мужу похвасталась. Он меня поддержал:

— Молодца! Давно пора. С ними так и надо, без твоих словесных реверансов.

Может, конечно, совпадение, но с того дня жизнь пошла в гору быстрее обычного. Подруга, типа психолог-самоучка, но это её дело, предположила, что я сбросила оковы, под оковами она имела в виду родственные узы. Может быть, может быть.

Муж вернулся, ему сразу отпуск дали. Укатили в гости к его родне, там банька, мясцо, рыбалка и никаких попыток залезть в душу, трусы, кошелёк и так далее. Лепота. Записано.